Вопрос: В выходные Вы посетили один из командных пунктов Объединенной группировки войск и заострили внимание на взятии города Красноармейска. В данный момент он полностью контролируется Вооруженными Силами Российской Федерации? И почему этому городу придается такое большое значение?
В.Путин: Этому городу придавалось и придается и украинской стороной, и российскими Вооруженными Силами действительно особое значение, потому что этот город является как бы не просто большим инфраструктурным объектом, связанным с целой сетью средств сообщения с регионом. Но самое главное заключается в том, что в целом, выражаясь, так скажем, военным языком, это хороший плацдарм для решения всех задач, поставленных в начале специальной военной операции. То есть отсюда, с этого плацдарма, с этого участка российской армии удобно двигаться во всех направлениях, которые сочтет наиболее перспективными Генеральный штаб.
Именно поэтому он и украинской стороной всегда обозначался в качестве одного из приоритетов в Донецкой Народной Республике, и нашими Вооруженными Силами тоже наряду с рядом других укрепрайонов. А это тоже один из мощных укрепрайонов был. Сегодня он полностью находится в руках российской армии, как доложил совсем недавно командующий группировкой «Центр».
Вопрос этот возникает, видимо, в связи с тем, что подвергается до сих пор сомнению, так ли это на самом деле. Если у кого-то есть сомнения, мы уже говорили на этот счет, я уже это предлагал. А что? Предлагал, чтобы ваши коллеги, иностранные и даже украинские – пожалуйста, мы украинским журналистам готовы предоставить право посетить город Красноармейск и убедиться, своими глазами посмотреть, что там происходит, кто реально контролирует этот населенный пункт.
Помню, когда мы это сделали неделю назад, украинский МИД тогда выступил с предупреждением, сказал о том, что МИД Украины категорически против, начал угрожать журналистам и так далее. Но сейчас МИД Украины к этому не имеет никакого отношения, поскольку город полностью находится в руках российских Вооруженных Сил.
Конечно, определенный уровень опасности есть, имея в виду, что там линия соприкосновения совсем рядом, и дроны постоянно в воздухе. Но наши-то, российские военные корреспонденты работают. Я уверен, что и на Западе есть люди, которые честно исполняют свой профессиональный долг и готовы к тому, чтобы объективно информировать своих слушателей, читателей о том, что происходит в мире, в том числе и на украинском направлении. Поэтому мы сделаем все для того, чтобы обеспечить их безопасность. Готовы будем провести по всем кварталам Красноармейска. То же самое касается и Купянска.
Вопрос: Можно про Купянск уточнить? Не далее как вчера Зеленский заявлял, что ВСУ все еще в Купянске. Что он имел в виду, на Ваш взгляд?
В.Путин: Это его надо спросить. Потому что Купянск уже несколько недель находится фактически в наших руках, полностью, целиком.
Мне кажется, руководство Украины сейчас занимается другими делами, а не вопросами ситуации в зоне боевых действий. Вообще, такое впечатление, что они живут где-то на другой планете.
Ну а потом, постоянно находясь в разъездах в процессе выклянчивания денег, здесь, наверное, уже не до текущих дел ни в экономике, ни тем более на фронте.
Что касается Купянска: Купянск состоит из двух частей. Одна часть – наибольшая, основная, центр города – на правом берегу реки. Меньшая часть – на левом берегу. Российские войска контролируют как правобережную часть целиком, так и левобережную часть, тоже целиком. А чуть южнее по берегу реки – еще один населенный пункт, который называется Купянск-Узловой. Там, по-моему, две тысячи зданий. Там идут боевые действия. 600 зданий, где-то 600–650 – в руках российской армии. Идет продвижение. Я думаю, что через несколько дней мы заберем и этот тоже населенный пункт. Но это отдельный населенный пункт.
А кроме всего прочего, напоминаю, что на левом берегу реки заблокирована группировка противника численностью 15 батальонов. И российские войска приступили к ее ликвидации.
Вопрос: В ближайшее время Вы встречаетесь со Стивеном Уиткоффом, который специально ради этого приехал в Москву. Фактически сейчас переговорный процесс идет только с американской стороной. Почему молчат европейцы, почему они так отстранены от этого процесса?
В.Путин: Европейцы не молчат. Они обижаются, что их как бы отстранили от ведения переговоров. Но хочу отметить, что их никто не отстранял. Они сами отстранились. В какое-то время у нас был с ними тесный контакт. Потом они резко оборвали контакты с Россией. Это была их инициатива. Почему они это сделали? Потому что они взяли на вооружение тезис нанесения России стратегического поражения и живут до сих пор, судя по всему, в этих иллюзиях. Хотя понимают, головой понимают, что это уже давно в прошлом, что такого не могло быть, они приняли желаемое за действительное в свое время, но признаться в этом сами себе не могут, не хотят. Сами себя вывели из этого процесса – первое.
Второе – наблюдая, что результат им сегодня тоже не нравится, они начали мешать действующей Администрации Соединенных Штатов и Президенту Трампу достичь мира с помощью переговоров. Сами отказались от мирных переговоров и Президенту Трампу мешают.
Третье – у них нет мирной повестки, они же на стороне войны. И даже тогда, когда они пытаются якобы внести какие-то изменения в предложения Трампа, мы же это отчетливо видим, все эти изменения направлены только на одно – на то, чтобы вообще заблокировать весь этот мирный процесс, выдвинуть такие требования, которые для России являются абсолютно неприемлемыми, они это понимают, и тем самым свалить потом на Россию сворачивание этого мирного процесса. Вот в чем их цель. Мы это отчетливо видим.
Поэтому, если они хотят вернуться действительно на почву реальности, исходя из той ситуации, которая складывается «на земле», как в таких случаях говорят, – пожалуйста, мы это допускаем.
Вопрос: Сийярто сегодня вообще сказал, что мы можем оказаться в состоянии войны с Европой, буквально сегодня. Он говорит, что НАТО, европейская его часть, собирается в полную боеготовность привести свои войска к 2029 году, и к 2030 году есть риск вооруженного конфликта. Это на самом деле вещь очень серьезная, почти сенсационная. Как Вы к ней относитесь? Мы к чему-то готовимся действительно?
В.Путин: Мы не собираемся воевать с Европой, я уже об этом сто раз сказал. Но если Европа вдруг захочет с нами воевать и начнет, мы готовы прямо сейчас. Здесь не может быть никаких сомнений. Только вопрос в чем? Если Европа вдруг начнет с нами войну, мне кажется, что очень быстро… Это же не Украина. С Украиной мы действуем хирургическим способом, аккуратненько. Понятно, да? Это не война в прямом, современном смысле этого слова. Если Европа вдруг захочет начать с нами войну и начнет ее, то может очень быстро произойти ситуация, при которой нам не с кем будет договариваться.
Вопрос: Прокомментируйте, пожалуйста, атаки на танкеры у побережья Турции. Буквально сегодня произошел еще один такой инцидент.
В.Путин: Честно говоря, даже еще не получил информацию. Знаю, что это происходило, атаки на танкеры в нейтральных или даже не в нейтральных водах, а в особой экономической зоне другого государства, третьего государства. Это пиратство, и ничто иное. Они и раньше, украинские вооруженные силы, пытались наносить удары по нашим морским портам. Мы отвечали, отвечали им – мы не начинали эти операции – такими же ударами. Уверяю вас, что они гораздо более эффективные и мощные. И это прежде всего касалось тех судов, кораблей, на которых доставлялось на Украину военное имущество, военное оборудование и боеприпасы. И мы попадали именно туда, куда хотели, о чем свидетельствуют вторичные взрывы, которые мы наблюдали с помощью воздушной разведки. Но то, что делают украинские вооруженные силы сейчас, – это пиратство.
Какие ответные меры могут быть у нас? Во-первых, мы расширим номенклатуру таких наших ударов по портовым сооружениям и по кораблям, по судам, которые заходят в украинские порты, – первое. Второе – если это будет продолжаться, мы рассмотрим возможность, я не говорю, что мы это будем делать, но рассмотрим возможность ответных мер в отношении судов тех стран, которые помогают Украине осуществлять эти пиратские акции.
Самый радикальный способ – это отрезать Украину от моря. Тогда невозможно будет заниматься пиратством в принципе. Но это все как бы по нарастающей. Надеюсь, что украинское военное руководство, политическое руководство, а также те, кто стоит за их спиной, подумают, стоит ли продолжать такую практику.
