В связи с активизацией переговоров России и Ирана в сфере ВТС ЦАМТО публикует краткую историческую справку по сотрудничеству двух стран в этой сфере.
Первый период активного ВТС России и Ирана
Активное военно-техническое сотрудничество Москвы и Тегерана началось в 1990 году. В 1990 г. в Иран СССР поставил ВиВТ по различным источникам на сумму от 733 млн. долл. до 890 млн. долл.
В сфере бронетехники контакты России и Ирана развивались по следующим направлениям.
Россия поставила в Иран около 120 БМП-2 в период с 1993 по 1997 гг. (всего же в период с 1993 по 2005 гг. в Иран было поставлено около 500 БМП-2), а также 800 ПТУР 9М111 для БМП-2 в 1993 году.
В 1993-1996 гг. было поставлено 122 ОБТ Т-72М1. Из них 100 ОБТ были поставлены в 1993 году, 20 – в 1994 и 2 – в 1996 гг. Реализовано соглашение по лицензионному производству в Иране ОБТ Т-72. Последние поставки бронетехники датируются 1998 годом. Иран официально сообщил, что импортировал из России в 1998 году четыре танка Т-72, три БМП-2, две 140-мм артиллерийские системы и две ракетные пусковые установки или ракеты.
В 1991 году в Иран были поставлены ЗРК С-200ВЭ и партия ЗУР для него.
Наиболее крупные поставки были реализованы в области авиационной техники и военно-морской техники.
В 1990 г. в Иран было поставлено 14 самолетов МиГ-29. Пик поставок авиатехники пришелся на 1991 год, когда было поставлено 12 Су-24 и 20 МиГ-29/МиГ-29УБ. Еще 6 МиГ-29/МиГ29УБ были поставлены в 1993-94 гг. В 1990-1991 гг. для вооружения МиГ-29 были поставлены авиационные ракеты Р-27Р (350 ед.) и Р-60 (576 ед.). Еще 94 ракеты Р-27Р для МиГ-29 были поставлены в 1994 году.
Россия поставила Ирану три ДЭПЛ проекта 877ЭКМ на общую сумму 750 млн. долл. Согласно Регистру ООН, первая ДЭПЛ была поставлена в 1992, вторая в 1993 и третья в 1996 году.
Первый «уход» России с рынка вооружений Ирана
Объем торговли ВиВТ России с Ираном оценивался в первой половине 1990-х гг. в среднем 500 млн. долл. в год.
Однако 30 июня 1995 года под давлением США был подписан меморандум Гор-Черномырдин, в соответствии с которым Москва обязалась не заключать новых контрактов на поставки обычных вооружений в Иран, а исполнение уже заключенных контрактов завершить к концу 1999 года. До подписания меморандума обязательства России перед Ираном базировались на четырех межправительственных соглашениях, подписанных в 1989, 1990 и 1991 годах. По ним Москва должна была поставить Тегерану самолеты МиГ-29, Су-24МК, ДЭПЛ проекта 877ЭКМ (включая сооружение объектов берегового базирования для них), комплексы ПВО С-200ВЭ, а также наладить лицензионное производство танков Т-72 и боевых машин пехоты БМП-2.
Россия не успела реализовать в полном объеме уже подписанные контракты с Ираном до указанной в меморандуме даты – 31 декабря 1999 года. В результате Россия недополучила 2 млрд. долл. Помимо этого, Россия была вынуждена отказаться от поставок Ирану запчастей к ВиВТ, которые она согласно российско-иранским договоренностям должна была поставлять до 2011 года.
Иран неоднократно давал понять России о желании восстановить двустороннее ВТС. В частности, в 1998 г. Тегеран официально проинформировал Москву о желании закупить в России восемь дивизионов ЗРС С-300ПМУ1, 1000 ПЗРК «Игла», 25 военно-транспортных вертолетов Ми-17-1В, восемь штурмовиков Су-25, а также зенитные ракетные системы С-300ВМ, радиолокационные станции «Гамма-ДЕ», «Каста-2Е2» и другое военное оборудование на сумму около 2 млрд. долл. Однако действовавшее тогда российско-американское соглашение не позволило Москве подписать контракты на продажу этих вооружений.
Второй период активного ВТС России и Ирана
В ноябре 2000 года Москва официально уведомила американскую администрацию об отказе с 1 декабря 2000 года от данных в 1995 году обязательств не поставлять в Иран обычные вооружения. В 2001-2002 гг. начались поставки боеприпасов и запчастей к самолетам МиГ-29 и Су-24МК, находящихся на вооружении ВВС Ирана.
Основные поставки Россией ВиВТ Ирану в период после 2000 года
Улан-Удэнский авиазавод (УУАЗ) с 2000 по 2003 гг. поставил в Иран 27 вертолетов Ми-171 в гражданском варианте (5 Ми-171 в 2000 г., 21 в 2001-2002 гг. и 1 в 2003 г.). В 2001 году Иран подписал с компанией «Рособоронэкспорт» новый контракт на приобретение в 2002-2004 гг. 36 вертолетов Ми-171Ш.
В ходе официального визита в Москву министра обороны Ирана в октябре 2001 года Россия и Иран подписали межправительственное соглашение о военно-техническом сотрудничестве, которое юридически определило рамки дальнейшего взаимодействия в этой сфере.
«Курганмашзавод» в феврале 2003 года получил заказ на поставку партии боевых машин пехоты, который был выполнен в 2004 г. По имеющимся данным, речь шла о поставках примерно 300 БМП-2 в Иран на сумму около 60 млн. долл.
Данный заказ на БМП-2 не исчерпывал потребности Ирана в этом виде бронетехники. Ранее шла речь о возможной закупке до 1000 БМП-2, поэтому со стороны Ирана мог последовать дополнительный заказ на эти машины, тем более, что в процессе эксплуатации отечественного БМП «Борак» возникли серьезные технические проблемы.
УУАЗ в 2003 году поставил в Иран три новых штурмовика Су-25УБК. Первоначально речь шла о поставке 12 машин, но контракт был подписан только на три самолета. В продолжение этой тематики в 2005 году был заключен еще один контракт на поставку трех самолетов Су-25УБТ.
В 2004 году УУАЗ завершил поставку в Иран 36 вертолетов Ми-171Ш по контракту, подписанному в 2001 году.
В начале 2005 года КВЗ поставил в Иран три вертолета Ми-17 для санитарной службы.
КБП выполнило небольшой по объему контракт с Ираном на поставку управляемых артиллерийских снарядов (УАС) «Краснополь-М».
Россия и Иран в декабре 2005 года подписали контракт на поставку российских ВиВТ на общую сумму более 1,4 млрд. долл. Речь шла о закупке 29 ЗРК «Тор-М1» на сумму 700 млн. долл. Кроме того, была достигнута договоренность о модернизации авиационной техники, находящейся на вооружении иранских ВВС. По неофициальным данным авиационная часть контракта предусматривала ремонт и модернизацию 24 Су-24 (стоимость – около 300 млн. долл.). Россия также планировала поставить для ВМС Ирана патрульные катера.
Россия полностью завершила в конце декабря 2006 года поставку 29 зенитных ракетных комплексов «Тор-М1» в Иран. ЗРК «Тор-М1» развернуты для прикрытия от средств воздушного нападения важнейших государственных и военных объектов, в первую очередь ядерных в Исфахане, Бушере, Тегеране и на востоке страны.
Тегерану были поставлены 12 новых буксируемых комплексов «Тор-М1Т» на автомобильном шасси (они были специально разработаны концерном ПВО «Алмаз-Антей» для Ирана) и 17 «Тор-М1» на гусеничном шасси ГМ-5955, предназначавшиеся ранее для греческого опциона, который не был реализован. В феврале 2007 года была завершена поставка в Иран 1,2 тыс. ракет 9М331 и ЗИП для этих комплексов.
Российские ЗРК «Тор-М1» показали в Иране высокую вероятность поражения воздушных целей. Во время огневых испытаний комплексов иранские расчеты, подготовленные в России, сбили все воздушные мишени, имитировавшие средства воздушного нападения.
По официально неподтвержденным данным, «Рособоронэкспорт» выступил посредником при продаже Ирану 200 танковых двигателей В-84МС (производятся ОАО «Челябинский тракторный завод-Уралтрак») на сумму 200 млн. долл. для установки на иранские основные боевые танки «Зульфикар» (созданы на базе лицензионных российских Т-72С).
В 2007 году был подписан контракт на поставку Ирану пяти дивизионов ЗРС С-300ПМУ-1 в составе 40 пусковых установок на сумму около 800 млн. долл. В ходе переговоров с Ираном обсуждалась также возможность поставки радиолокационных станций «Небо», «Каста», «Гамма» и «Поляна». Иран высказал заинтересованность в приобретении танков Т-90С.
В середине декабря 2005 года в российских СМИ появились сообщения со ссылкой на источник в ФСВТС о том, что Россия достигла также договоренности о поставках в Иран ЗРС «Печора-2А».
В ходе выставки «Айдекс-2005» Иран подал заявку на приобретение буксируемого артиллерийского орудия «Нона-К» калибра 120 мм.
Второй «уход» России с рынка вооружений Ирана
Президент России Дмитрий Медведев 22 сентября 2010 года подписал указ о мерах по выполнению резолюции СБ ООН N1929 от 9 июня 2010 года.
Указом предусматривался запрет использования территории России для транзитного перемещения (в том числе воздушным транспортом) вооружений в Иран, вывоз вооружений непосредственно с территории РФ, а также передача вооружений вне пределов страны с использованием морских и воздушных судов под государственным флагом России.
Запрет касался практически видов обычных вооружений по классификации Регистра ООН – боевых танков, боевых бронированных машин, артиллерийских систем большого калибра, боевых самолетов, боевых вертолетов, военных кораблей, ракет и ракетных систем, а также запчастей и средств материального обеспечения к этой технике. Запрет распространялся, в том числе на ЗРС С-300ПМУ-1.
Указ президента РФ полностью соответствовал п.8 резолюция №1929, принятой 9 июня 2010 года Совбезом ООН, которая вводила запрет на продажу Исламской Республике Иран всех семи категорий вооружений по классификации Регистра ООН.
С подписанием президентом России Дмитрием Медведевым 22 сентября 2010 года указа о мерах по выполнению резолюции СБ ООН N 1929 от 9 июня 2010 года, Россия уже второй раз для себя «потеряла» рынок вооружений Ирана.
Потери России в результате сворачивания ВТС с Ираном согласно резолюции СБ ООН N1929 от 9 июня 2010 года
Потери России в результате сворачивания военно-технического сотрудничества с Ираном ЦАМТО оценивает в сумму от 11 до 13 млрд. долл. Этот объем включает как поставки по уже подписанным контрактам (до введения эмбарго на поставку вооружений Тегерану), так и упущенную выгоду от сворачивания программ по перспективным проектам.
Следует отметить, что в 2001 году Иран приступил к реализации 25-летней программы перевооружения ВС страны, которая предусматривала в основном ориентацию на закупку ВиВТ российского производства, общий объем финансирования которой оценивается в 25 млрд. долл. Российские производители в период 2000-2025 гг. могли рассчитывать как минимум на половину этой суммы, то есть на 12-13 млрд. долл.
Одним из наиболее перспективных сегментов военно-технического сотрудничества России и Ирана является тематика ПВО. В конце 2007 года был заключен контракт на поставку пяти дивизионов ЗРС С-300ПМУ-1 на сумму около 800 млн. долл. В результате аннулирования этого соглашения, Иран выдвинул штрафные санкции за нарушение контрактных обязательств на сумму, существенно превышающую стоимость контракта.
Кроме того, в перспективе Иран рассматривался как возможный заказчик ЗРК среднего радиуса действия «Бук-М2Э» для создания эшелонированной системы ПВО страны. Перспективный объем закупок можно оценить в пределах от 18 до 36 ЗРК. По данному сегменту упущенная выгода оценивается в 250-500 млн. долл.
В январе 2007 года Россия полностью завершила поставку 29 ЗРК малой дальности «Тор-М1» в Иран (700 млн. долл.). ЗРК «Тор-М1» развернуты для прикрытия от средств воздушного нападения важнейших государственных и военных объектов Ирана. Потери России от отказа поставлять запчасти и ракеты для ЗРК «Тор-М1» можно приблизительно оценить в 50-80 млн. долл.
Ранее Тегеран высказывал на намерение закупить до 1000 ПЗРК «Игла» (сумма возможного контракта могла составить до 500 млн. долл.).
Иран проявил также интерес к закупке радиолокационные станции «Гамма-ДЕ», «Каста-2Е2» (100-200 млн. долл.).
Общие потери России по тематике ПВО можно оценить в пределах от 1,8 млрд. долл. до 2,2 млрд. долл.
По военно-морской тематике Иран рассматривался как вероятный покупатель ракетных и патрульных катеров, корветов, а также ДКВП «Мурена» и «Зубр». Общие перспективные контракты по данному направлению можно оценить в сумме около 1 млрд. долл.
После завершения ремонта первой ДЭПЛ проекта 877ЭКМ, велись переговоры по модернизации еще двух ДЭПЛ этого проекта, находящихся на вооружении ВМС Ирана. Причем речь шла о модернизации двух ДЭПЛ на российских верфях, что косвенно указывает на то, что на них планировалось установить ракетный комплекс «Клаб-С» с ПКР 3М-54Э. Не исключено, что в дальнейшем и на первую лодку мог быть установлен этот комплекс. Стоимость этой программы можно оценить в сумму 200 млн. долл.
Иран рассматривался также как перспективный заказчик на поставку новых ДЭПЛ проекта 636 «Кило». Прогнозируемая потребность ВМС Ирана оценивается в 3-6- ед. (сумма возможного заказа – от 1 до 2 млрд. долл.).
В целом упущенная выгода России по военно-морской тематике оценивается в пределах 2,2-3,2 млрд. долл.
Наиболее острую потребность Иран испытывает в ударной сверхзвуковой тактической авиации. В этой связи Иран рассматривался российской стороной как кандидат на закупку новых истребителей Су-30МК (до 24 ед., 1 млрд. долл.) и МиГ-29СМТ (до 50 ед., 1,5 млрд. долл.). Общая стоимость этих перспективных контрактов могла составить до 2,5 млрд. долл.
В качестве перспективных направлений ВТС между двумя странами рассматривались также модернизация имеющегося у Ирана парка российской авиатехники (МиГ-29 и Су-24) и строительство технического центра в Иране по обслуживанию этих самолетов. По разным оценкам, на вооружении ВВС Ирана состоят от 30 до 48 истребителей МиГ-29. Их возможная модернизация до уровня МиГ-29СМТ оценивается в сумму от 300 до 500 млн. долл. По имеющимся данным, контракт на модернизацию 24 Су-24 (300 млн. долл.) входил в пакетное соглашение стоимостью 1,4 млрд. долл., подписанное в декабре 2005 года. Основной объем работ по этой программе планировалось выполнить в период 2009-2010 гг. Предположительно, на момент введения эмбарго эта программа была реализована на 50 проц. Если это соответствует действительности, с учетом сворачивания работ по этой программе потери России могут составить 160-180 млн. долл. (с учетом штрафных санкций).
Иран проявил также заинтересованность в дальнейших закупках штурмовика Су-25УБК. Возможный объем закупки оценивается в 12 ед. (100-120 млн. долл.).
С Ираном велись переговоры по поставке до 50 двигателей РД-33 на сумму около 150 млн. долл. для установки на серийные истребители «Азарахш». Кроме того, велись переговоры по поставке небольшой партии двигателей РД-5000 для установки на опытный иранский самолет «Шафак». В случае реализации этих контрактов, в дальнейшем могло последовать их продолжение. Общий прогнозируемый объем в данном сегменте мог составить 300-400 млн. долл.
В целом по авиационной тематике объем упущенной выгоды России по перспективным контрактам и контрактам, находящимся в стадии реализации, оценивается в сумму 3,4-3,7 млрд. долл.
Первоочередной задачей Сухопутных войск Ирана является модернизация парка ОБТ Т-72 до уровня Т-72М1. Количество пригодных к модернизации машин оценивается в 400-500 ед. Общий объем программы модернизации мог составить 200-250 млн. долл.
Иран высказал также заинтересованность в приобретении ОБТ Т-90С. Возможная потребность Ирана в ОБТ Т-90С оценивается в 350 ед. (875-945 млн. долл.).
Дополнительные потребности СВ Ирана в БМП-2 оцениваются в 700-1000 машин (140-200 млн. долл.). В перспективе в Иран мог закупить БМП-3 и БМП-3Ф (около 200 млн. долл.).
Перспективным направлением также рассматривалась поставка Ирану ряда артиллерийских систем, в частности буксируемых артиллерийских орудий «Нона-К» калибра 120 мм. Общий прогнозируемый объем поставок по сегменту артиллерийских систем оценивается в 50-80 млн. долл.
Иран высказал также заинтересованность в закупках противотанковых ракетных комплексов и ОТРК «Искандер-Э». Этот сегмент по стоимостному объему просчитать сложно. Предположительно, он мог составить до 300 млн. долл.
Перспективным направлением по сухопутной тематике являлось также лицензионное производство в Иране ряда систем вооружений. Ранее по российской лицензии Иран произвел 100 ед. 122-мм орудий Д-30, 1400 ПТУР «Конкурс», 2250 ПТУР «Малютка» и 15 тыс. ПТУР «Фагот». Объем новых лицензионных программ по сухопутной тематике можно оценить в пределах 300-500 млн. долл..
В целом по сухопутным вооружениям объем контрактных обязательств с Ираном (с учетом перспективных проектов) можно оценить в сумму 2,1-2,5 млрд. долл.
Крупные проекты планировалось реализовать в области поставки военных вертолетов.
Иран уже имеет на вооружении более 50 вертолетов Ми171Ш. Перспективные потребности в машинах этого типа оцениваются приблизительно в 50 ед. (750 млн. долл.). Кроме того, Иран заинтересован в приобретении ударных вертолетов. Прогнозируемый объем закупок в данном сегменте оценивается в 12 машин (Ми-35М или Ми-28Н) на сумму около 200 млн. долл. Потребность в закупке машин тяжелого класса (типа Ми-26) оценивается в 3 ед. (90 млн. долл.). С учетом поставленной задачи обеспечения надежного контроля в зоне Ормузского пролива, не исключался также вариант закупки нескольких противолодочных вертолетов Ка-27/Ка-28 на сумму 30-50 млн. долл.
В целом по вертолетной тематике объем потенциальных контрактов мог составить около 1,1 млрд. долл.
Сворачивание сотрудничества в сегменте разработки космических систем связи и наблюдения за земной поверхностью оценивается в 200 млн. долл.
Ежегодный объем поставок запчастей, сервисного обслуживания и текущего ремонта по поставленной ранее военной технике с Ираном оценивается в сумму 20-25 млн. долл. В случае реализации новых контрактов, ежегодный объем работ по данному сегменту мог составить 35-40 млн. долл. Если считать на перспективу 5-6- лет, потери России в данном сегменте составили 200-250 млн. долл.
В целом потери России по всем вышеперечисленным видам военной техники составили от 11 до 13 млрд. долл.
Что поставила Россия Ирану после введения санкций
Единственной официально подтвержденной поставкой является передача Ирану в октябре 2011 года станции радиотехнической разведки 1Л222 «Автобаза».
Как заявил тогда заместитель директора ФСВТС Константин Бирюлин, с иранской стороной «ведутся переговоры по дальнейшей поставке подобной техники».
Как подчеркнул К.Бирюлин, «мы постоянно ведем переговоры с Ираном о закупке военной техники, которая не подпадает под санкции СБ ООН. Это оборонительные системы, в частности в данном случае речь идет о средствах радиоэлектронной борьбы».
Третье возвращение России на рынок вооружений Ирана
Урегулирование иранской «ядерной проблемы» дипломатическим путем привело к снятию большинства введенных ранее ограничений СБ ООН на торговлю с Тегераном. Тем не менее, ограничения в сфере ВТС остались.
В частности, как отмечает «Коммерсант», не сняты ограничения на поставки Ирану обычных вооружений: танков, боевых бронированных машин, артиллерийских систем большого калибра (от 100 мм и выше), боевых самолетов и вертолетов, военных кораблей, ракет или ракетных систем. В соответствии с условиями сделки по ядерной программе Ирана поставка Тегерану этих вооружений может осуществляться только с предварительного разрешения Совбеза ООН. Эти ограничения будут действовать до 2020 года (если МАГАТЭ ранее не примет решение об их отмене).
По состоянию на текущий момент, по информации «Коммерсанта», Тегеран уже передал Москве список военной техники и вооружений, которые иранские военные хотели бы приобрести. Речь идет о пакете контрактов на сумму не менее 8 млрд. долл.
Однако в связи с вышесказанным, Россия вряд ли сможет поставить Ирану до 2020 года часть запрашиваемых систем вооружения.
Первым реальным шагом к восстановлению отношений в сфере ВТС стало перезаключение контракта на поставку ЗРС С-300ПМУ-2 и отзыв иска Тегерана к России по невыполнению предыдущего контракта по системам ПВО. Таким образом, Россия избавила себя от возможных штрафных санкций, поскольку Иран 13 апреля 2011 года подал иск в третейский суд Женевы против «Рособоронэкспорта» на сумму 4 млрд. долл. за отказ от поставок систем ПВО С-300ПМУ-1.
Сумма иска включала в себя стоимость контракта на поставку С-300ПМУ-1, подготовку иранцами систем для постановки комплексов на боевое дежурство и моральный ущерб.
Кроме того, Тегеран также включил в эту сумму неустойки по контрактам с РФ с 1995 года, когда вследствие сделки Гор-Черномырдин ВТС между РФ и Ираном было заморожено.
